Спецпроекты now:

Арт объект: Елена Буренина об осознанности, Saint Martins и музеяхАрт объект: Елена Буренина об осознанности, Saint Martins и музеяхАрт объект: Елена Буренина об осознанности, Saint Martins и музеяхАрт объект: Елена Буренина об осознанности, Saint Martins и музеяхАрт объект: Елена Буренина об осознанности, Saint Martins и музеях
Мода

Арт объект: Елена Буренина об осознанности, Saint Martins и музеях

Дизайнер Елена Буренина рассказала Marie Claire о том, как в ее творчестве встретились мода, искусство и глубокая душа. 

— Год назад у бренда Burenina произошло важное событие – вы открыли собственный бутик. Расскажите о первых результатах его работы.

— Главный результат – и нам, и клиентам стало гораздо легче, потому что бутик обеспечил свободный доступ к коллекциям. Клиенты могут приехать в любое удобное для них время, примерить и купить понравившиеся вещи. Год назад произошла забавная история: выпал снег, я приехала в бутик и увидела, что всю парковку и ступеньки замело. Взяла лопату и начала расчищать. Через пару минут рядом остановился белый Range Rover, из него вышла хрупкая девушка и предложила помощь. Я ее пригласила на кофе, мы подружились, и она стала клиенткой бренда. Вот так женская синергия создает совершенно невероятные дружеские отношения. А не было бы бутика, я не познакомилась бы с огромным количеством классных людей.

— Вы самостоятельно работали над оформлением этого пространства и создали настоящие арт-объекты на стыке моды и предметного дизайна. Не думали о том, чтобы заняться коллекцией предметов интерьера?

— Да, я действительно самостоятельно разрабатывала дизайн бутика, потому что его пространство – это продолжение моей сущности, моих коллекций. Мне нравится игра фактур. И я всегда ищу какой-то конфликт в дизайне, не люблю прилизанности. Очень привлекает, например, что-то мягкое и одновременно жесткое. Каждая текстура таким образом подчеркивает и усиливает значение, смысл друг друга. Например, наряду с холодной стальной рецепцией – мягкая текстура розовых жгутов, которая очень фактурная и мягкая по ощущениям, по восприятию. На нее смотришь, и тебе сразу становится уютно и тепло. То есть акцент делается на двух контрастных объектах: мягкой, розовой, зефирной инсталляции и холодной, стальной, зеркальной рецепции.

Насчет создания коллекции предметов интерьера я думала и продолжаю думать. Наверное, суть моя такова, что я всегда тяготела и тяготею к искусству. Следовательно, любое его проявление меня манит.

— Свою первую коллекцию одежды вы показали, будучи студенткой. Расскажите, где вы учились.

— Я окончила Киевский университет технологии и дизайна по двум специальностям: fashion-дизайнер и художник-модельер. Получила два красных диплома. В нашем вузе при тогдашнем преподавательском составе это было сделать очень сложно, практически невозможно. Каждую неделю мы делали по 150 набросков. Если не делаешь – автоматом вылетаешь. Поступила я уже после того, как запустила собственный бренд. Просто почувствовала, что мне не хватает образования для того, чтобы укомплектовать все в голове, чтобы все устаканилось и стало понятно, как это работает. Именно там я обучилась всему тому, что знаю и умею.

— В какой момент к вам пришло осознание того, что вы хотите связать свою жизнь с модой?

— Я хотела быть дизайнером одежды с раннего детства. Не помню, когда точно это произошло, но я всегда носилась с лоскутками ткани. Родители меня очень поддерживали, мама у меня художница, а папа – инженер-конструктор, делал разработки для NASA и был, к сожалению, невыездным. У нас дома постоянно собиралась тусовка творческих людей, почти каждый день приходили в гости писатели, художники, киношники, и я росла в этой мощной среде.

— Вы неоднократно участвовали и побеждали в различных конкурсах. Что вам это дало?

— Самым значимым для меня стал конкурс молодых дизайнеров, организованный одним из глянцевых журналов. Я выиграла обучение в лондонском колледже Saint Martins. Там очень сильное и вообще радикально иное образование, которое больше соответствовало моей сути. Оно развивало меня не в техническом плане, а в плане видения и раскрепощения. До университета в Лондоне я была очень зажатой, всегда переживала, что подумают, как это воспримут. Но в Британии меня приняли весьма хорошо, я подготовила очень серьезное портфолио. Кстати, его увидел Кендзо Такада и пришел в восторг от работ. Помню, мне прислали письмо из Saint Martins, в котором меня поздравили и рассказали о том, что Такада под сильным впечатлением от моих работ. Эмоции, конечно, тогда зашкаливали.

Это было несколько курсов: первый посвящен созданию коллекции, а второй – маркетингу и продвижению. Меня впечатлил их подход, он абсолютно другой. Они заточены на то, чтобы развивать студента творчески, не ограничивая его, но в то же время дают понимание, что fashion – большой бизнес, и как бы ты ни был хорош и талантлив, все равно должен ориентироваться на рынок.

Вообще, конкурсы – это как ступеньки, которые дают уверенность в себе, и ты поднимаешься постепенно.

— У вас были показы за рубежом?

— Да, было три показа в Вашингтоне на DC Fashion Week. Еще у меня был благотворительный показ в Нью-Йорке – мы зарабатывали деньги для деток, больных раком. Пять показов состоялось в Италии, один из них был показом-конкурсом, где я заняла первое место среди 24 иностранных дизайнеров.

В этом состязании, как правило, давали очень большой денежный приз, но как раз в том году его отменили. Наверное, поэтому я и выиграла (смеется).

Также мы провели очень красивый показ в Вене, после которого я осталась под большим впечатлением от слаженной работы австрийской команды.

— Ваш бренд известен далеко за пределами Украины. Как вы к этому пришли?

— О нас писала пресса 34 стран мира. Это всегда происходило само по себе. Мы ни разу сами не отправляли пресс-релизы и лукбуки в зарубежную прессу с просьбой опубликовать. Нам достаточно было лишь показать коллекцию, и фотографии расходились по всему миру. The Guardian, многие японские журналы публиковали фото наших показов на главных страницах своих онлайн-изданий. Однажды был занятный случай: мне в Facebook написал немец, математик. Спрашивает: «Вы знаете, что вашу коллекцию напечатали у нас?» Конечно, я не знала, что в берлинском издании кто-то что-то напечатал. Он спросил, не математик ли я, потому что геометрические формы, пропорции коллекции навели его на мысли, что я занимаюсь точными науками. Мне очень нравится то, что мои работы притягивают интересных людей. Это одна из главных ценностей того, что я делаю.

— Сегодня говорят о том, что Недели моды утрачивают свой смысл, и у дизайнеров есть множество других путей представить свои коллекции. Что вы думаете на этот счет?

— Мне бы не хотелось, чтобы Недели моды прекратили свое существование. Потому что это важный элемент демонстрации не только одежды, но и мироощущения дизайнеров. Недели моды – это место, где дизайнер может посредством музыки, арт-объектов выразить свое видение происходящего либо свою рефлексию на какую-то тему. Это не просто показ, а олицетворение души дизайнера. Именно на показе ты можешь соприкоснуться с его сутью, заглянуть в его микрокосм.

— Вы работаете в fashion-системе 15 лет. Какие самые глобальные изменения в мире моды, по-вашему, произошли за это время?

— Люди стали более осознанно относиться к вещам. Рынок перенасытился дешевой и, мягко говоря, неэстетичной одеждой, которая никому не нужна, тем более в таком количестве. Поэтому случился коллапс – она не находит сбыта, ее нужно либо вообще бесплатно раздавать, либо уничтожать. Кроме того, эти вещи еще и синтетические, что создает дополнительную проблему для нашей экологии. Я, конечно, за то, чтобы мир наполнялся прекрасными вещами, которые вдохновляют. Жизнеутверждающими – которые наполняют человека. И я за то, чтобы вещи имели долгую жизнь, а были не просто мусором. Потому что никто не хочет тратить свою жизнь на мусор, создавая мусор. Ну, я точно не хочу.

— Визитная карточка вашего бренда – пальто. Почему именно оно?

— Я бы еще добавила костюмы и тренчи. Мне кажется, верхняя одежда всегда с характером. Важно все – какая линия плеча, какой воротничок, как застегнут, какие борта. Вот эта острота формы, цвета, фактуры создают некое впечатление о характере человека. Все подчинено личности. Образу, который человек хочет создавать. Ну и пальто – это оболочка, которая призвана подчеркивать суть человеческой натуры. Моя задача как дизайнера – выявить ее и вытащить на поверхность. Либо придать человеку определенные черты, которыми он пока что не наделен, но хотел бы иметь. И это поразительно – наблюдать, как вещи меняют жизни и судьбы людей.

— В последнее время вы активно работали над созданием мужской коллекции. Каков он – мужчина, выбирающий вещи Elena Burenina?

— Сильная личность, уверенный в себе. Очень яркий, содержательный, думающий. Им движет жажда жизни. В нем я чувствую внутренний огонь и силу.

— Известный факт, что дизайнеры живут в довольно жестком графике. Что является источником вашей силы и энергии в этом ритме?

— Природа, животные, арт-объекты, музеи. Это мощнейший для меня источник. Я маньяк и первым делом, приезжая в страну, кидаю вещи и бегу по музеям. Соприкосновение с творчеством другого человека дает мне осознание того, что я не одна. Это все наполняет, потому что ты соединяешься с такой же сильной энергетикой, с таким же творческим началом, которое чувствуешь в себе, как будто ты встречаешь своих людей. Там я нахожу точку опоры.

Интервью: Анна Хаецкая

Фото: Алексей Пономарев

Макияж: Алена Трепачук

  • sustainability
  • новый номер
  • Печатные версии журналов
  • MC Shop
  • Феминизм от А до Я



Понравилась статья? Оцените:
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...